Представим себе абстрактную страну, в экономике которой в каждый момент времени есть 100 батонов хлеба (совокупность всех продуктов и услуг, существующих в государстве) и 100 рублей (совокупная денежная масса государства). Для того, чтобы производство могло продать все произведённые продукты, получив при этом максимальную выручку, стоимость батона должна быть 1 рубль. При стоимости батона меньше, производство заработает меньше денег, а при стоимости выше, часть продуктов не будет реализована, что приведёт к сокращению производства на следующем производственном цикле.
Допустим, что за год, производство осуществляет 5 производственных циклов. Реализовав за год 500 батонов по рублю, мы получаем внутренний валовый продукт (ВВП) равный 500 рублям, по чему можно судить об уровне жизни в государстве.
Оборачиваемость валюты равна 5, по чему можно судить об эффективности экономики.
Представим ситуацию, при которой производственные мощности выросли. Например, появилась еще одна пекарня. И теперь, в каждый момент времени, на рынке уже не 100, а 120 батонов хлеба.
Само собой, если производство работает совсем без прибыли, возможностей для выпечки лишних 20 батонов совсем нет (Для запуска новой пекарни нужно, например, заплатить зарплату дополнительному пекарю. И не потом, а сейчас), но даже, если и есть нормальная прибыль, в районе 5-7 процентов, для удовлетворения потребностей спроса, выход на заданные объемы может занять несколько производственных циклов, а это потеря времени, так важного для бизнеса. Помимо этого, на рынке появилось 20 дополнительных батонов, а покупательная способность осталась на прежнем уровне, ведь денег на рынке всё ещё 100 рублей, и купить весь хлеб по прежней цене нет никакой возможности: возникла дефляция — продуктов на рынке больше, чем денег.
Можно ли произвести заданный объём уже на следующем цикле, после получения на него заказа, да еще избежав дефляции?
Можно! Для этого необходимо напечатать 20 рублей и отдать их производству. Производство уже на следующем цикле поставит на рынок 120 батонов хлеба, на котором к этому моменту как раз 120 рублей!
При прежней оборачиваемости валюты, ВВП страны вырос до 600 рублей, выросло и благосостояние населения — за год оно съело не 500, а уже 600 батонов хлеба.
Конечно, подарок производству 20 рублей, несет определенные риски: даже если руководитель производства честно пытается вложить полученные деньги, его затея может не выгореть (пекарня оказалась бракованная, не удалось найти пекаря нужной квалификации и т. д.). При неудачном запуске производства дополнительных 20 батонов, на рынке останутся прежние 100 батонов хлеба, а денег станет на 20 рублей больше — это инфляция, ведущая к повышению цен на продукты.
Для исключения рисков, подарок производству можно назвать кредитом. При благополучном исходе дела, кредит производству списывается, а при ином, у государства появляется возможность вывести с рынка введённые туда 20 рублей, посредством возврата кредита из прибыли производства, что, в общем, смысла механизма свободной эмиссии не меняет. Заметим, что даже в этом прискорбном случае, кредит должен быть с нулевой процентной ставкой, так как изъятие с рынка лишних денег неминуемо приведёт к дефляции).
Так работает свободная экономика, в которой эмиссия денег определяется лишь потребностью рынка.